cand_orel

Category:

Музыка. Никольский музыкантский блюз

Константин Николаевич Никольский (род. 1 февраля 1951, Москва) — советский и российский рок-музыкант, певец, гитарист, автор песен. Известен как сольной карьерой, так и участием в ансамблях «Атланты», «Осколки Сикорского», «Счастливое семейство», «Цветы», «Группа Стаса Намина», «Фестиваль», «Воскресение», «Зеркало мира». Никольского называют «голосом поколения».
Константин Николаевич Никольский (род. 1 февраля 1951, Москва) — советский и российский рок-музыкант, певец, гитарист, автор песен. Известен как сольной карьерой, так и участием в ансамблях «Атланты», «Осколки Сикорского», «Счастливое семейство», «Цветы», «Группа Стаса Намина», «Фестиваль», «Воскресение», «Зеркало мира». Никольского называют «голосом поколения».

А я вот считаю за счастье, что пора моего детства, скорее даже — юношества совпала с неким музыкальным явлением, которое я и не готов и сейчас определить одним словом — был какой-то всплеск российского рока с необычайно романтической прекрасной поэзией, отличной от уже ставшей классической и присущей старшему поколению. А тут были «наши» музыка и «наши» стихи. Не скажу, что было уж очень много подобных произведений, но и не мало. А лучшее из лучшего для меня было...

В плане описания творческого пути мне очень нравится статейка из Википедии — своей ёмкостью, неформальностью и лаконичностью. И очень хорошо представлен общий фон и картина происходящего в российском роке.  А я чуть проиллюстрирую музыкой...

Константин Николаевич Никольский родился 1 февраля 1951 года в Москве. Родители были научными работниками. 12-летним он начал учиться игре на входившей в моду шестиструнной гитаре в ДК имени Чкалова (курс Генриха Сечкина). «Тёмная семиструнная гитара за 7 р. 50 к. Когда мне было лет 11 или 12, мы купили её вместе с отцом (он помогал выбирать) на Неглинке, в угловом магазине. Она промокла в пионерском лагере, потом высохла, потом сломалась и рассыпалась. В пионерских лагерях всё рассыпалось, потому что все играли у костра…» — Константин Никольский.

В 15 лет он стал ритм-гитаристом образованной незадолго до этого московской группы под названием «Крестоносцы». Лидером и солистом группы был барабанщик Александр (Алик) Сикорский. «Крестоносцы» исполняли, в первую очередь, песни The Beatles и The Rolling Stones. Познакомившись с Никольским, которого рекомендовал ему приятель (предыдущий ритм-гитарист покинул группу), Сикорский высоко оценил мастерство начинающего музыканта; кроме того, «голоса тонировали идеально» (А. Сикорский). «Да и песни, как вскоре выяснилось, нам нравились одни и те же. И не только Битлов и Роллингов, но и The Searchers, и The Mamas & the Papas, и Bee Gees и т. д…» (А. Сикорский). Одобрил приход Никольского и администратор группы, старший брат лидер-гитариста Ивана Лактионова и сын известного в то время художника Сергей Лактионов. Так и возникла легендарная группа «Атланты», выступление которой в его школе вдохновило юного Андрея Макаревича на создание «Машины времени» (смена названия объясняется тем, что теперь у всех трёх гитаристов был очень высокий рост). Вскоре Никольский начинает писать свои первые песни («Ты девчонка хорошенькая», «Алёна», «Я думал о многом и разном»), а «Атланты» — петь на русском языке. 

В 1969 году Никольский, окончивший физико-математическую школу (его родной брат стал профессиональным математиком), ушёл из института и отправился служить в армию. Потерявшие сразу трёх музыкантов «Атланты» (лидер-гитарист и бас-гитарист, поступив в Медицинский институт, стали играть в музыкальном ансамбле этого вуза) были переименованы в «Осколки Сикорского». 

Служа на Украине в войсках ПВО и находясь на посту, Никольский сочиняет свою знаменитую песню «Музыкант» (первое название — «Венецианский музыкант»). Во время армейской службы были написаны антивоенная песня «Ты хотел увидеть мир» и патриотическая «Россия». Как это ни удивительно, но, когда Никольский вернулся в группу Сикорского, главным хитом был не «Музыкант» (1971), а «Ты хотел увидеть мир» (1969). «Именно во время нашего выступления было отключено электричество, концерт прерван, а запись, которую мы впервые решили сделать, испорчена. Помню, я уехал на дачу в мрачном настроении, а когда на следующий день решил прослушать запись концерта, то был поражён бешеной экспрессией песни „Ты хотел увидеть мир“, которую удалось записать целиком, а также рёвом зрителей. Впечатление было такое, как будто я по радио поймал прямую трансляцию концерта Джими Хендрикса или кого-то в этом роде, но только не советскую команду» (А. Сикорский). 

Отслужив в армии, Никольский заканчивает курсы звукооператоров, становится звукооператором на Гостелерадио. Одновременно он играет в группе «Осколки Сикорского», затем переименованной в «Счастливое семейство», пишет новые песни, причем не только на собственные слова. Увлечение сборником французской поэзии в переводах Ильи Эренбурга приводит к созданию таких песен, как «Четыре дерева» (стихи народные) и «Голос» (стихи Анри де Ренье). Никольский отдаёт должное тому направлению нашей рок-музыки, которое уже начал Александр Градский и на котором будет основана знаменитая пластинка Давида Тухманова «По волне моей памяти». 

В 1974 году Никольский стал ритм-гитаристом группы «Цветы», которая после выхода одной маленькой пластинки и записи второй поступила на работу в Московскую областную филармонию (по признанию А. Сикорского лидер «Цветов» Стас Намин часто и совершенно бескорыстно организовывал концерты и «Осколкам», и «Счастливому семейству»). Лидер «Цветов» знал Никольского, своего друга, ещё по институтским рок-тусовкам. Его талант был очень близок к стилю, который Намин культивировал в группе. Константин с Александром Лосевым, будучи одного роста, не только хорошо смотрелись, но и вместе пели. Однако Намин, который, к тому же, учился на филфаке МГУ, выразил недовольство большим количеством концертов и пригрозил уходом из филармонии. Эта организация зарабатывала на «Цветах» огромные деньги, организовывая гастроли по три концерта в день на стадионах и во дворцах спорта. Солистами помимо Александра Лосева были также Сергей Грачёв, Константин Никольский и Александр Слизунов. Из-за непосильной работы, делавшей невозможным какое-либо творчество, начался конфликт с администрацией учреждения. Филармония отнеслась к этому совершенно спокойно, поскольку сохраняла за собой модное название. Намин, Никольский и клавишник Слизунов ушли. Затем министерство культуры запретило и группу, и само название «Цветы» как «пропаганду западной идеологии и идей хиппи». 

Никольский теперь был профессиональным музыкантом, и в 1975 году Юрий Антонов пригласил его в свой аккомпанирующий ансамбль «Магистраль» (вместе с ним туда пришёл и Слизунов). 

Намин воссоздавал свою группу, только теперь под названием «Группа Стаса Намина». Оставшись без ансамбля, он самодеятельно выступал вместе с очень популярным в московской рок-среде «Удачным приобретением»; в Таллинском рок-фестивале 1975 года они участвовали именно под указанным названием и вскоре прекратили сотрудничество. Кроме того, Намин сделался неиграющим руководителем, и Никольский стал лидер-гитаристом; на ритм-гитаре играл двоюродный брат Намина Александр Микоян (единственный, кто остался из «Удачного приобретения»). Приглашены были, кроме Никольского и Микояна, Слизунов и игравший в «Цветах» с 1971 года барабанщик Юрий Фокин. Пришлось, правда, искать нового бас-гитариста, поскольку вокалисту и басисту Александру Лосеву Намин не простил, как он выразился, штрейкбрехерства (простив, однако, «русского Бонэма» Фокина). Вскоре Лосев стал солистом ВИА «Красные маки». Солистом же «Группы Стаса Намина» стал Слизунов (в записи первой пластинки участвовал также певец Александр Заболотов). 

В 1977 году выходит первая маленькая пластинка «Группы Стаса Намина», где главной была написанная Никольским и Слизуновым на слова Владимира Солдатова песня «Старый рояль». Она стала шлягером, а болгарская фирма «Балкантон» включила её в сборник «10 лучших песен года» (вместе с хитами Адриано Челентано, Донны Саммер и даже знаменитым «Отелем „Калифорния“» группы The Eagles). «Старый рояль» стал первой записанной песней новой группы, это удалось организовать в студии Дома звукозаписи в Москве на улице Качалова. В работе участвовал сборный состав: музыканты «Цветов» — Константин Никольский, Александр Слизунов, Стас Намин, и «Удачное приобретение». 

В 1978 году Фокин покидает «Группу Стаса Намина» и эмигрирует в США. Никольский посвящает Фокину «Ночную птицу» (первое название — «Прощание с другом») и тоже уходит. Хотя не только последний хит «Старый рояль», а и сочинённые лишь им одним песни иногда исполнялись группой («Вольный ветер» Никольского исполняли ещё «Цветы», когда он в них играл; в 1976-м песню «Летний дождь» записала Гюлли Чохели на гибкой пластинке журнала «Кругозор»). Ему было обещано, что некоторые из них будут включены в дебютный диск, но для второй маленькой пластинки записали только песни Намина. 

Никольский стал участником ансамбля «Фестиваль», где записал свои песни — как ставшие впоследствии широко известными, так и малоизвестные («Счастлив певец», «Не грусти», «До свиданья, милый друг»). Их спел сам Никольский, а также солисты ансамбля Павел Богуш и Марк Айзикович. Руководил «Фестивалем» композитор Максим Дунаевский, пригласивший Никольского в свой коллектив. «Фестиваль» записывал музыку к фильмам («Д’Артаньян и три мушкетёра», «Ах, водевиль, водевиль…») и много гастролировал по стране. На концертах «Фестиваля» Никольский пел свои песни. 

Весной 1979 года, на фоне постоянных конфликтов в «Машине времени», у Сергея Кавагоэ появилась идея поиграть с Константином Никольским, с которым они дружили и песни которого ему очень нравились. Кавагоэ привлек Евгения Маргулиса, и они начали репетировать вместе с Никольским его песни. Андрею Макаревичу увлечение основных соратников «талантом со стороны» было очень неприятно. На эту тему неоднократно возникали споры, но Кавагоэ и Маргулис заявляли, что никакого предательства тут нет, что Константин один, команды у него нет, поэтому они просто помогают ему довести его песни до ума. Поначалу они хотели делать группу с Никольским, но тот вдруг отказался. 

В 1979 году возникает группа «Воскресение». Андрей Сапунов (он принимал участие в концертной деятельности «Группы Стаса Намина»), блестящий вокалист, в качестве своеобразного приложения к первому магнитофонному альбому в последний студийный день спешно записывает в сопровождении Кавагоэ и Маргулиса камерные версии таких песен Никольского, как «Музыкант», «Зеркало мира», «Поиграй со мной, гроза», «Я сам из тех…», «Ночная птица», «Когда поймёшь умом…».  «Когда мы записали первый альбом, то на пленке осталось свободное место. И, по-моему, Андрюшка Сапунов его к нам привел и напел. Так Константин начал «раскручиваться». А когда разбежался первый состав группы, Костя пришёл в Воскресение на готовое дело. Если бы не эта компания, никто бы его ещё долго не узнал. Мы с ним никогда особенно не дружили» — Евгений Маргулис.

Исполнение своих песен Сапуновым Никольский раскритиковал и попросил не распространять эти записи (но было поздно: их уже начали распространять пресловутые пираты). В интервью газете «Известия» в 2007 году Никольский сказал, «что некоторые вокалисты иногда просто не понимали содержания песен, которые исполняли. Это плохо. Смысловые ударения не там ставили, слишком много красовались голосом. Андрей Макаревич всю жизнь без этого обходится. Молодец». Много лет позже не обошлось и без колких замечаний в сторону Макаревича, что тот не научился играть на гитаре. 

Записи Сапунова Никольский критиковал и в буклете к сборнику своих песен «Музыкант» (2001): «Сапунов считал, что голос — это всё. И очень любил „А-а-а-а“, мелизмы всякие… Я спорил: вот пять песен, мелодии у всех разные, а ты их одними и теми же мелизмами — раз, и словно мылом всё замазал… Мелодия — это вещь неприкосновенная. Даже Стравинский говорил: „Точность — синоним выразительности“». Тем не менее после этих записей они сотрудничали — и в «Воскресении», и после его распада (по крайней мере, в одном совместном акустическом концерте, запись которого сохранилась). 

В 1980 году Никольский и Сапунов едва не попали в новую группу Театра имени Ленинского комсомола, которая должна была заменить уходящий «Аракс» и исполнила перед худсоветом театра все партии в рок-опере Алексея Рыбникова «Звезда и Смерть Хоакина Мурьеты». Однако готовилась новая рок-опера — «Юнона и Авось». Рыбникова и главного режиссёра Марка Захарова больше привлекла созданная Крисом Кельми группа «Рок-Ателье» (возможно, своим упором на клавишные, очень подходившим для «Юноны и Авось»). 

О своей музыкальной деятельности в конце 1970-х — начале 1980-х годов Никольский отзывался так: «„Фестиваль“ по подбору инструменталистов был очень хорош. С нами пели Боярский, Понаровская, Жанна Рождественская. Было много работы, проехали с концертами всю страну „насквозь“: от Амура и до Бреста. Я считаю, что после исполнения Сапуновым таких моих песен, как „Музыкант“, „Ночная птица“, и других, работа в „Самоцветах“ для него явилась проблемой. Но, видимо, он как-то все погасил внутри себя, сказал: „Я профессионал, и мне все равно, что петь“. Поэтому я и не работаю с „Воскресением“. Рока не было, а Макаревич был и что-то пел, и так как он был единственным (а не лучшим), то мы и поимели то, что называется „Машиной времени“. И „выстрелила“ она потому, что люди не знали, кто написал „Музыканта“. Рассуждали так: если песню поет не ВИА, то это „Машина времени“. А я всю жизнь эту ситуацию разгребал». 

Мои песни стали известны в Москве до «Воскресения». «Воскресение» получило оформленный вид году к восьмидесятому, а мои песни ещё в 70-х игрались на танцах, имели известность. Разные группы их играли, тот же «Аракс». Просили и брали мои вещи… В КГБ тогда приглашали поиграть несколько раз, в клуб на Лубянке (первый раз — когда была Олимпиада в Москве) — Константин Никольский.

Для КГБ пели все. Это они только с виду строгие да когда власти много получают, становятся другими, а в остальном такие же люди — музыку обожают и так же от неё «прутся». И буфет у них такой дешёвый… Хотя мне проще отыграть такой простой честный концерт, как сегодня, с входящими-выходящими зрителями, чем общаться с людьми в погонах… — Константин Никольский.

Первый состав «Воскресения» прекращает своё существование осенью 1980 года. Успех песни Алексея Романова «Кто виноват?», занявшей высокое место в хит-параде газеты «Московский комсомолец» (рубрика «Звуковая дорожка»), так и остался единственным масштабным успехом, а песню большинство молодых меломанов приписывало «Машине времени». 

Между тем Никольский, которого обучение в ГМУ имени Гнесиных отвлекло от работы в «Фестивале», репетировал вместе с легко освоившим бас-гитару Сапуновым и барабанщиком Михаилом Шевяковым. В ноябре 1980 года он позвонил Романову, предложил тому присоединиться. Группа «Воскресение», вполне соответствуя своему названию, воскресла из пепла. 

В конце 1980 года обновлённое «Воскресение» уже давало первые концерты. Это был совсем другой звук и иная ориентация — более насыщенная и резкая. Произошло это не случайно. Никольский, прекративший гастрольную деятельность в составе эстрадных ансамблей и поступивший в Гнесинское музучилище, стал неформальным лидером группы и попытался наладить в ней учебный процесс. «С появлением Никольского в команде началась серьезная профессиональная работа, — вспоминал звукооператор Александр „Артем“ Арутюнов. — По большому счету, все, кроме Никольского, не были сильными музыкантами. Поэтому Костя постоянно требовал от остальных участников группы умения играть необходимый минимум и организовал репетиционный процесс таким образом, чтобы внутрь группы не проникал дух шары». В интервью с участниками группы «Воскресение» на Радио России, в январе 1994 года, Константин заметил: «Когда мы сели репетировать в Столешниковом, первое, что я сказал: „Никакого творчества“. Например, как начинается — давайте сделаем группу, сейчас всех потрясём, подход такой. У меня это происходит в рабочем порядке: есть материал, нужен ансамбль. Чего я себе думаю там, сзади где-то, на кухне ночью — никого не волнует, не могу ни продать, ни с кем поделиться, неважно. Дальше рабочий процесс. Момент творческий отсутствовал. Репертуар абсолютно честный. Наверное, никто не думал, что будем стоять у истоков, мы просто задумали сделать достаточно добросовестно материал, условно говоря, текстовой и музыкальный». 

7-10 июня 1981 года в подвале приёмной комиссии старого здания МГИМО (Шевяков учился в этом институте) за три ночи был записан магнитофонный альбом «Воскресение 2». Туда вошли песни Никольского «В моей душе осадок зла» (в его исполнении), «Воскресенье» и «Один взгляд назад» (в исполнении Сапунова). 

Заглавная композиция под названием «Воскресенье» была написана Никольским и датировалась 1978—1979 годами. С неё, как правило, начинались концерты, и на альбоме она шла первой. Никольский к тому моменту отошёл от музыки Сантаны и не на шутку увлекся Dire Straits, у которых ритм в ряде композиций также обозначался с помощью регги. Альбом делался в два наложения — на инструментальную фонограмму писались вокал и соло-гитара, а в нескольких вещах сверху добавлялось ещё одно гитарное соло Никольского, причем звук снимался не с гитары, а с мониторов. Беда всей сессии заключалась в том, что звук в мониторах кардинальным образом отличался в наушниках у Арутюнова. Когда Арутюнов с Никольским приехали на телевидение осуществлять монтаж, они ужаснулись: на выверенной стационарной аппаратуре плёнка шипела, тарелки били по ушам, а вокал оказался попросту завален. Это был акустический обман среднечастотных мониторов, приведший к диспропорции звука по всему спектру частот. «Воскресение» оказалось ещё одной жертвой нестандартных линейных характеристик — в одном ряду с сотнями рок-групп, обманутых в стенах студий хрустальным звучанием сверхизысканных мониторов. Но Арутюнову все-таки удалось спасти эту запись. На плёнке ORWO он сделал скорректированный моно-вариант, добавив при помощи эквалайзера низы на вокал и по возможности опустив высокие частоты. В таком сверхдоработанном виде плёнка пошла в народ — если не учитывать вариант с псевдостереофоническим звучанием, который неудачно попытались сделать спустя несколько месяцев на одной из радиостанций. 

Сам оригинал альбома в 1983 году после ареста Романова и обыска в доме Арутюнова был конфискован и оказался запертым в сейфах областного управления внутренних дел в Москве на улице Белинского. Однако Арутюнову удалось, казалось бы, невозможное — получить оригиналы обратно: «Когда увольнялся с телевидения, на мне числилось определённое количество пленки, которую я обязан был вернуть обратно. Взяв на работе соответствующую бумагу о своих пленочных долгах, поехал в управление внутренних дел. Они вернули мне оригиналы, сопроводив этот акт документом о выдаче пленок. После чего я рванул на такси домой, намотал на основание катушки необходимое количество ненужной пленки и вернул долг на телевидение. Таким обманом мне удалось сохранить оригиналы». 

Последний курьёз, связанный с мастер-лентой, произошёл в начале 1990-х годов, когда московская фирма «Фили» решила выпустить второй альбом «Воскресения» на виниловой пластинке. Прослушав глуховато звучащую плёнку, представители организации в гневе позвонили Арутюнову: «Что это ты нам подсунул?!» В поисках истины пришлось перезванивать Никольскому, который подтвердил подлинность ленты. «Все правильно, — сказал он. — Оригинал 81-го года звучит именно так». 

«Как звукорежиссёр я ощущал разницу между тем, что происходило у меня в аппаратной, и тем звуком, на котором записывалась группа, — отмечал Арутюнов. — Но в тот момент ни у кого не было времени, и мне было тяжело бороться с авторитетом Никольского, пытаясь убедить его обратить внимание на подобные расхождения». 

Кроме того, Никольский блестяще исполнил все гитарные соло, а в песне «Один взгляд назад» выдал, видимо, лучший басовый рифф в истории русского рока. «Именно этой записью миллионы граждан Советского Союза затирали головки „Электроник-302“ и „Вёсен-204“…» (Артём Липатов, «Легенды русского рока»). Однако произошло такое не сразу. Я довольно немного нот играл, но достаточно стильно это было, вот и все. Что, собственно, и делаю сейчас тоже. В своей изысканной манере. — Константин Никольский.

«Воскресение» не попало в десятку лучших групп «Звуковой дорожки», в хит-парад вошла только песня «Поиграй со мной, гроза», которую Никольский три года назад записал с «Фестивалем» (вошла именно в его исполнении и указывалась как сольная). Кроме того, «В моей душе осадок зла» из-за схожести голоса слушатели приписывали Андрею Макаревичу. Песни «Воскресения» стали звучать из окон уже после того, как группа распалась, когда Романов и бывший гитарист «Аракса» Вадим Голутвин создали новую группу, впоследствии получившую название СВ. Один из последних концертов «Воскресения» того периода полулегально состоялся 28 марта 1982 года в ДК МЕХТЕХа. Прозвучали и песни Никольского: «Воскресение», «Один взгляд назад», «Зеркало мира», «Ночная птица», «Я сам из тех…», которые исполнял Сапунов, а «В моей душе осадок зла» и «Когда поймёшь умом…» пел сам Константин. 

В 1982-м принимали программу ансамбля «Фестиваль», в котором я работал, для выступления в Олимпийской деревне. Так было указание: песен Никольского не брать, иначе программу не примем. А написанные песни уже ждали своего часа. Такие вот были неприятные сложности. — Константин Никольский.

Никольский вернулся в «Фестиваль», принял участие в записи маленькой пластинки ансамбля и в 1984 году окончил Гнесинское училище. Было с чем сравнивать получение образования: «Году в 1974-м Стасик Намин нас всех — то есть группу „Цветы“ — отправил в Царицынское музыкальное училище. Поступили, я пришёл на занятие, и первое, что услышал от педагога, было: „На свете есть всего два гитариста — Маклафлин и Джордж Бенсон“. Я спрашиваю: „И всё, больше нету“? — „Нету“. И больше я не ходил туда… А второй раз, в Гнесинском, было прекрасно. „Константин, ну что? Будем разбирать с тобой эту пьесу. Целый год. Сразу предупреждаю, что вот это место никто в мире сыграть не может. Но мы с тобой сыграем…“. Я учился хорошо и закончил хорошо, мне нравилось…» 

«Фестиваль» прекратил своё существование, потому что возник оркестр Максима Дунаевского. Никольский пел на концертах под акустическую гитару, в 1984—1986 годах исполнял несколько своих песен в программе группы «Галактика». Там он познакомился с барабанщиком Виталием Бондарчуком, вместе с которым организовал в сентябре 1986-го группу «Зеркало мира». При записи первого (и единственного) магнитофонного альбома Бондарчук играл на клавишных и популярном тогда ритм-компьютере («драм-машине»); в записи, кроме него и Никольского, приняли участие бас-гитарист Игорь Яшуков и бэк-вокалист Аркадий Березовский. В альбом вошли как песни последних лет, так и песни из репертуара «Воскресения». 

В 1986 году возник ансамбль «Старая гвардия». В его состав вошли Александр Сикорский (руководитель), Константин Никольский (гитара), Валерий Гилюта (гитара), Алексей Шачнев (бас) и Алексей Сикорский (ударные). В 1989 году к ним присоединился Денис Мажуков. В том же году Алексея Сикорского сменил Михаил Соколов («Петрович»), но в 1993 он стал «harmonica-man» и на его место пришёл Алексей Коллодий. Состав изменялся: Никольский и Мажуков то принимали участие, то нет, так как были заняты в собственных проектах. Такая ситуация продолжалась примерно до 2007 года. 

В 1987 году Никольский в числе прочих исполнителей записал голос и снялся в клипе на песню Криса Кельми «Замыкая круг». Однако с точки зрения 1980-х годов в СССР клипом это выступление назвать сложно. Кельми собрал 28 музыкантов самых разных направлений от рока до поп-музыки. В том же году вышел и альбом «Рок-ателье» «Замыкая круг», где была песня Кельми на стихи Никольского «Слушай, ночь». 

18 февраля 1989 года в Москве в спортивном зале «Дружба» в Лужниках прошёл концерт «10 лет группе Воскресение». Никольский выступал с составом: Михаил Шевцов (клавишные), Алексей Маслов (барабаны), Сергей Балакирев (бас-гитара), коллега Константина по Гнесинскому училищу, и Аркадий Березовский (звукооператор, вокал). В конце мероприятия Романов, Никольский, Сапунов, Шевяков объединились и играли как в 1981 году. 

На Новый год с 1989-го на 1990-й занимал у соседки 500 рублей, чтобы что-то купить к столу. К счастью, почти сразу поступило предложение о концерте, я быстро отпел и отдал долг. Но помню этот смертельный страх: дочке 5 лет, и денег нет на еду. Мне 40 лет, и, видимо, надо приспосабливаться к другого рода деятельности, чтобы прокормить семью. Однако, к счастью, судьба распорядилась иначе — Константин Никольский.

В 1990 году Никольский распускает «Зеркало мира» и начинает сольную карьеру. Он выпускает магнитофонный альбом; в записи приняли участие музыканты, с которыми Никольскому предстояло сотрудничать много лет, — последний клавишник «Зеркала мира», виртуоз электрооргана и фортепиано Михаил Шевцов, бас-гитарист и талантливый студийный звукорежиссёр Александр Кузьмичёв, барабанщик Игорь Костиков. Аркадий Березовский стал «поющим звукооператором». Фактически изменился только состав; Никольский по-прежнему исполнял свои песни с аккомпанирующей группой. 

Через год была записана песня «Я бреду по бездорожью», давшая альбому название. В альбом вошли четыре песни на стихи самого Никольского, три — на стихи португальского поэта Фернандо Пессоа, одна — на стихи классика испанской поэзии Густаво Адольфо Беккера. В 1992 году вышла виниловая пластинка, в 1994-м — компакт-диск. 

В 1992 году состоялся первый релиз FeeLee Records — альбом «Воскресенье», для презентации которого в ДК Горбунова в Москве группа на один концерт воссоединилась в золотом составе Романов — Никольский — Сапунов — Шевяков. 

В 1994 году была предпринята попытка восстановить «Воскресение» в «золотом составе» (Романов — Никольский — Сапунов — Шевяков). 12 марта  состоялось единственное выступление, а на следующий день Никольский и Романов провели в камерном зале Детского музыкального театра имени Н. И. Сац в Москве совместный акустический концерт, запись которого вышла потом на компакт-диске. Об этом концерте Романов вспоминал: «К тому времени стало ясно, что вместе мы играть не будем больше никогда. Поэтому концерт в двух частях. Когда я понял, что выступление будет записываться на магнитофон, отступать было поздно, зал уже был полон. Впечатления за давностью стёрлись, осадок мутноватый. Всё было сказано и решено. Наверное, Константин Николаевич приглашал зрителей на концерты „Воскресения“, не собираясь в них участвовать». Восстановление группы продолжилось без него.  

В 1996 году Никольский выпустил диск «Один взгляд назад», состоящий из новых версий его старых песен. Почти все они входили в репертуар «Воскресения». Было только два исключения. Ранней песней «Птицы белые мои» открывался магнитофонный альбом «Зеркала мира», и с нею же (исполняя под акустическую гитару) Никольский в июне 1984-го дебютировал на телевидении. «Мой друг, художник и поэт», песня, которую многие считают лучшим произведением Никольского и которой он в последнее время обычно открывает свои концерты, была в 1978-м записана «Фестивалем» (её тогда спел Павел Богуш).  

В январе 2001 года в связи с 30-летием состоялся юбилейный концерт «Цветов» в ГЦКЗ «Россия» с участием музыкантов, работавших в группе в 1970—2000 гг., и друзей. Никольский, Слизунов и Александр Грецинин спели песню «Старый рояль». Также Константин сыграл на лидер-гитаре в композиции «Рано прощаться». 

1 февраля 2001 года Никольскому исполнилось 50 лет. Юбиляр отыграл два аншлаговых концерта в ГЦКЗ «Россия». В числе гостей-участников были «Старая гвардия» Александра Сикорского, исполняющая только кавер-версии англоязычных песен (правда, Никольский и Сикорский спели дуэтом старую песню времён «Атлантов»), Юрий Лоза. Через месяц вышел двойной концертный альбом.  

В том же году студия «Союз» выпустила двойной сборник «Музыкант», позднее переизданный в серии «Союз Gold». Константин Никольский в который раз устало снимет со стула свой обветшавший сюртук. За ним снова будут наблюдать верные поклонники. Все это так привычно, что не требует отдельных комментариев уже лет 15. 

В 2004-м вышел сборник «Мне только снится жизнь моя», который открывали две новые записи, сделанные для готовящегося номерного альбома. Создавалось впечатление, что «главный меланхолик русского рока» уже давно живёт за счёт старых хитов, и надпись «новая песня» на обложке очередного «The Best» вызывает грустную улыбку. Композиции «Мне только снится жизнь моя» и «Облако» не показали другого Никольского. Но на новые аранжировки стоит обратить внимание. Хотя песни изменились незначительно, но благодаря чутким корректировкам зазвучали по-иному.  

1—2 февраля 2006-го в ГКЦЗ «Россия» прошли концерты под названием «День рождения в лунном свете», посвящённые 55-летию Никольского. Были исполнены все песни, предназначенные для нового альбома, о чём Никольский сам объявил зрителям. Однако уже через несколько месяцев он оказался в больнице. Проблемы со здоровьем, прединфарктное состояние на время прервали запись альбома, но в конце сентября 2007 года альбом «Иллюзии» вышел. 

Сейчас Константин Никольский даёт акустические концерты, а иногда выступает совместно с блюз-роковым гитаристом Леваном Ломидзе и его группой Blues Cousins. Не забывает также и старых друзей — например, Александра Сикорского и его «Старую гвардию», Алексея «Вайта» Белова и его группу «Удачное приобретение». Джемы с этими музыкантами пользуются неизменным успехом у московской публики. 

24 ноября 2012 года с успехом выступил вместе со своей 27-летней дочерью Юлией на XI фестивале «Дискотека 80-х» Rock&Dance в спортивном комплексе «Олимпийский» в Москве.  

Константин отметил: «Я продолжаю выступать, ездить по концертам. А с дочкой мне очень нравится выступать. У нас с ней очень хорошо звучат голоса, поэтому она вторым голосом очень хорошо справляется. Я очень рад, что она поет вместе со мной и хочу, чтобы она продолжила петь. Моя музыка, конечно, не для дискотек, хотя её постоянно поют на разных танцах».

promo cand_orel july 21, 2019 03:47 1
Buy for 10 tokens
Так почему же танго? Почему же танго и Индия? Почему уже ассоциировал однажды именно танго в своем клипе? Это мои ночные мысли… Я опять еду в командировку и мне не спится… Я знаю, что я опять не засну в поезде – поэтому у меня хороший плеер и очень хорошие наушники, звук лучше, чем на работе…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded